» Парадов в побежденных городах не бывает!

Что мы знаем о параде 7 ноября 1941 года в осажденной Москве? Те события отходят вглубь истории. Уже и фронтовиков в дни праздников почти не встретишь. Тем не менее, о тех событиях знать и помнить нужно. Нельзя не помнить.

Это были тяжелые для страны и для столицы дни, враг был местами в 70 километрах от центра города, то есть в пригородах. Офицеры вермахта в хорошую погоду рассматривали город в бинокли. Уже был назначен «парад победителей», которые были уверены – Москва падет не сегодня, так завтра.
В Москве шла эвакуация предприятий, проводилось минирование заводов, мостов. Правительство СССР, Верховный Совет, наркомат обороны, дипломатические представительства, а также культурные учреждения были эвакуированы в Куйбышев. Диктор Юрий Левитан свое знаменитое «Говорит Москва! От Советского информбюро…», говорил уже находясь в Свердловске. Москва была прифронтовым городом. Иногда возникала паника. Решение о проведении парада было принято 28 октября на совещании с участием членов политбюро и военачальников. Это предложение Верховного главнокомандующего Вооружёнными Силами СССР Иосифа Сталина поначалу поддержали не все. Положение было критическим, не до парадов. Однако после паузы согласились, поняв, что это поднимет дух войск и тыла.

Началась подготовка к параду, которая велась в условиях строжайшей секретности. Понятно, что никаких репетиций парада не проводилось. Почти все музыканты из сводного оркестра либо ушли на фронт, либо находились в воинских частях гарнизона. Пришлось привлечь оркестр из Горького. Главным дирижером был назначен капельмейстер дивизии имени Дзержинского Василий Агапкин, автор знаменитого марша «Прощание славянки». Понятно, что репетировать в городе было нельзя. Репетиции проводились на манеже в Хамовниках, где обычно проводились конные состязания. Туда приезжал заместитель наркома обороны СССР маршал Семен Буденный, чтобы объезжать коня под звуки маршей, он давал указания о репертуаре оркестра. Буденный должен был принимать парад. А командование парадом возложили на командующего войсками Московского военного округа и Московской зоны обороны генерал-лейтенанта Павла Артемьева.

Торжественное заседание Моссовета, посвященное 24 годовщине Октября прошло 6 октября на станции метро «Маяковская» (здание Большого театра было уже заминировано). Там разместили оркестр, буфеты, гардеробы для участников. Работала звукозаписывающая студия. Именно там в 23:00 командующий парадом Артемьев объявил командирам частей об участии в военном параде. Именно там впервые прозвучало: «Наше дело правое — победа будет за нами!».
Парад из соображений безопасности начался в 8 часов. В нем приняли участие 28 467 пехотинцев, стрелков, кавалеристов, артиллеристов, пулеметчиков, танкистов и ополченцев. В строю прошла техника - 296 пулеметов, 12 зенитных пулеметов, 18 минометов, 140 орудий разной мощности, 160 танков. Воздушную часть парада с участием 300 самолетов из-за пурги и сильного снегопада пришлось отменить. На всякий случай на Красной площади дежурили 35 медицинских постов, санитарные автомобили, 5 восстановительных бригад, 15 пожарных машин и другая спецтехника. Пригласили журналистов, в том числе иностранных. Открывали парад курсанты 1-го Московского краснознаменного артиллерийского училища имени Л.Б. Красина под звуки марша С.А. Чернецкого «Парад», под мелодию «Кавалерийская рысь» прошла конница. Радиотрансляцию с Красной площади слышал весь мир, репортаж вел радиокомментатор и журналист Вадим Синявский.

Гитлер, услышав репортаж, пришел в ярость. Он потребовал немедленно начать бомбардировку парада. Но ни один бомбардировщик не долетел до Москвы. Зенитчики ПВО сбили 34 самолета.

Английская газета The News Chronicle писала: «Организация в Москве обычного традиционного парада в момент, когда на подступах к городу идут жаркие бои, представляет собой великолепный пример мужества и отваги».

А Daily Mail оценила военный парад 7 ноября 1941 года как «одну из самых блестящих демонстраций мужества и уверенности, какая только имела место во время войны».

А теперь детали, о которых тогда не говорили. Мороз был несильный, всего -6 градусов, но при сильном ветре он воспринимался как все - 20. Многие участники парада сразу уходили на передовую. Трубы примерзали к губам музыкантов, а сапоги Агапкина за час примерзли к помосту. Да и сам он замерз. И когда нужно было освободить место для прохода техники, не мог сказать ни слова, сделать ни шага. Благо музыканты поняли, в чем дело, схватили дирижера в охапку и унесли. Сапоги потом отливали от помоста. Но это уже детали. А парад вошел в историю. Еще бы – в побежденных городах парадов не устраивают! Парад 7 ноября 1941 года дал людям уверенность в победе.

Скоротать время можно поиграв в Irwin Сasino.