» Война в жизни и на экране. Продолжение

Воевать довелось и великому артисту современности Иннокентию Смоктуновскому. В 1943 году он был на Курской дуге, потом освобождал Киев. В декабре 1943 попал в плен, месяц провел в лагерях, но в январе сумел бежать. Его месяц прятала украинская семья. А потом он попал в партизанский отряд Каменец-Подольского соединения. В 1944 году отряд соединился с гвардейской стрелковой дивизией.

Смоктуновский, будучи командиром отделения роты автоматчиков освобождал Варшаву. Закончил войну в Германии, не был ранен ни разу. Он и сам удивлялся: «Я ни разу не был ранен. Честное слово, самому странно — два года настоящей страшной фронтовой жизни: стоял под дулами немецких автоматов, дрался в окружении, бежал из плена… А вот ранен не был». Смоктуновский был награжден двумя медалями «За отвагу».
С первых дней войны начался боевой путь великого советского режиссера Григория Чухрая. Накануне войны он служил связистом под Мариуполем. Потом их пешим маршем перекинули через всю Украину к Польше. В то, что началась война, никто не поверил. Только в Минске узнали о бомбежках Киева, а вскоре в лесу пришлось ловить вражеских парашютистов. Это в старых фильмах было – поймал и прославился. А Чухрая тогда только друг спас от верной смерти во время рукопашной схватки с немецким десантником. Травмированного Чухрая отправили в харьковский госпиталь, а вся дивизия отправилась на передовую и погибла. Тогда в Харькове ему и попался в руки учебник по кинорежиссуре, которая определила дальнейшую судьбу Чухрая. Он оставил книгу любимой девушке и отправился на фронт. После оккупации и освобождения Харькова Чухрай приехал за книгой, женился на девушке и снова отправился на фронт. Будущий режиссер воевал в десантных войсках, участвовал в битве за Сталинград, в подготовке Словацкого национального восстания. Ему приходилось прыгать с парашютом в тыл врага. Четырежды был ранен. «Сегодня модно вспоминать, что, идя в бой, мы кричали: «За Родину, за Сталина!» Я прошел всю войну и что-то не помню этого клича. Мат помню. Но суть не в том, что мы кричали, идя в атаку. Суть заключалась в том, что всем нам была дорога наша многонациональная родина, дороги честь и достоинство. И еще я думал о том, что, чудом оставшийся жить, я должен рассказать о своем поколении — поколении поистине великом. Думал я и о том, что, случайно уцелевший на этой войне, я обязан продолжать дело, за которое мои сверстники отдали свои жизни. Трагическая и славная судьба! Об этом я и рассказал в фильме «Баллада о солдате».
Георгий Юматов с детства мечтал о море. Его после демобилизации пригласили сниматься, и он пошел так, ради забавы. В весной 1941 года его приняли в военно-морскую школу. В 1942 году просьбу Юматова удовлетворили, и он отправился служить юнгой на катера Азовской флотилии.
Потом был рулевым сигнальщиком Дунайской флотилии. Катер, на котором он служил, обеспечивал десанты морской пехоты на Малую Землю и в Евпаторию, штурмовал Измаил. Затем было взятие Бухареста, Будапешта и Вены.
В Вене Юматов с моряками сумел захватить последний целый мост, который держали элитные части СС. Матросы в тумане подогнали катер к опоре моста, забросили кошки и полезли на мост. Они связками гранат подорвали несколько танков и передали радиограмму о том, что мост взят. Пошел в атаку десант. Но немцы, очнувшись от паники, поняли, что случилось, и успели перебить всех отчаянных моряков. В госпиталь попали только трое. После госпиталя Юматова комиссовали. Так что шрамы на спине Юматова, которые мы видели в фильме «Офицеры», это не работа гримеров.

life-news.ru